Русский национальный характер в контексте процессов формирования и развития политической жизни России

К лучшим военно-патриотическим качествам русского нарда относятся мужество, героизм, отвага, храбрость, верность Отечеству, долгу и другие, которыми всегда отличались русские воины. Важное место в их характере занимали дружелюбие, отсутствие агрессивности, мстительности и неприязни к другим народам, воинская честь. При этом следует подчеркнуть, что воинский дух нашего народа с особой силой проявлялся в критических ситуациях. И в этом существенная особенность его характера - подлинная воинская доблесть, готовность идти до конца, если Родина в опасности. К этим качествам с полным основанием можно отнести и привычность к ратному труду. Именно на основе перечисленных качеств формировался духовный облик воина, ставший важным фактором высокой боеспособности русской армии.

Особенностью Российского государства было то, что вся его политическая жизнь была подчинена решению проблем обеспечения военной безопасности. И это было естественно, ибо беспокойное население, протяженные и уязвимые границы, необъятная территория требовали надежной охраны и обороны. Однако у нас существовало постоянное противоречие между возможностями и военными потребностями страны, во многом обусловившее ее милитаризацию и наложившее отпечаток на формирование военно-политических качеств русского народа.

В высшей степени боеспособности русской армии способствовал национальный характер целей, которые Россия стремилась достичь военным путем. Русский воин не мог не ощущать национальной значимости той миссии, участником которой он был. Поэтому передовые русские полководцы, разрабатывая военную теорию, обращали серьезное внимание и на воспитание войск. Опора на их моральный дух качественно отличали российскую армию от наемных армий Запада, чему во многом способствовала и рекрутская система комплектования, благодаря которой была создана регулярная армия. Конечно, эта повинность была ярмом для народа, но, вместе с тем, она цементировала армию, внося в нее элементы крестьянской общины.

К сожалению, коллективистское воспитание нашего народа имело и негативную сторону. Русский солдат, привыкший к коллективным действиям и ответственности, проявлял порой слабую самостоятельность и инициативность в бою. Он был хорош в сомкнутом строю, когда чувствовал локоть товарища. Не случайно у русских в ходу поговорка: "На миру и смерть красна". Наибольшую стойкость, терпение, выносливость и героизм русские солдаты проявляли в обороне. Состояние смертельной опасности перед лицом врага наполняло их высоким чувством долга и готовностью ценой собственной жизни спасти свой народ, свою землю от врага. Именно эти нравственные качества проявлялись у нашего народа в годы испытаний, и именно их ему не хватает в период мирных будней. Отсутствие реальной опасности расслабляет русского человека и делает его безответственным и пассивным созерцателем.

Рост мощи России требовал профессиональной военной подготовки. Военные действия русской армии в конце XYII в. показали серьезную отсталость страны в военном деле. Для ее преодоления Петр I принял решительные меры. С этого периода милитаризация страны была поставлена на промышленную основу. Большое значение для роста самосознания русской армии имело введение Табеля о рангах, который позволил простым людям продвигаться по службе.

Послепетровская эпоха также показывает тенденцию государства к поддержанию военно-патриотических качеств русского народа, о чем свидетельствуют многочисленные факты военной истории России. В войнах второй половины XVIII в. русский воин покрыл себя неувядаемой славой, что в немалой степени способствовало превращению нашей страны в одну из ведущих держав мира. Подвигом русского народа стала Отечественная война 1812 г., в ходе наш народ спас от наполеоновской зкспансии не только свое Отечество, но и народы Европы. Однако в дальнейшем русская армия стала постепенно утрачивать свои славные традиции. Ее действия по мере усиления абсолютизма приобретают военно-полицейский характер, за что Россия получила прозвище «жандарма Европы», а русская армия расплатилась позором Крымской войны. Новый всплеск патриотизма и образцы доблести русская армия показала в годы русско-турецкой войны 1877-1878 гг., но все это поблекло в последующих войнах. Несмываемым пятном на Россию и русскую армию, несмотря на героизм ее воинов, лег позор русско-японской войны, а империалистическая война стала одним из факторов падения самодержавия.

Созданные в годы Советской власти вооруженные силы унаследовали прогрессивные традиции русской армии. Лучшие черты военного характера нашего народа были положены в основу военно-патриотического воспитания, в процессе которого у советских людей формировалась гордость за свою Родину, готовность к выполнению воинского долга по ее защите, ответственность за укрепление обороноспособности страны, уважение к Советским Вооруженным Силам, стремление хранить и приумножать их боевые традиции. Эта работа дополнялась обучением молодежи основам военных знаний в учебных заведениях, в клубах ДОСААФ. Со всей определенностью можно сказать, что система военно-патриотического воспитания, созданная в СССР, была достаточно эффективной. Однако наметившиеся на фоне общей неблагополучной морально-политической ситуации в стране формализм и застой постепенно подтачивали ее, а начавшийся на рубеже 80-90-х гг. кризис советской политической системы в сочетании с необоснованными нападками на Вооруженные Силы разрушил вообще.

И это было не случайно. Дело в том, что к концу «перестройки», Вооруженные Силы оставались одним из последних государственных институтов, сохранивших общенациональный идеал и пользовавшихся наибольшим доверием народа. Поэтому внутренним и внешним политическим силам, заинтересованным в ликвидации СССР, необходимо было разрушить его армию, для чего была использована целая система дискредитации.

Известно, что система обеспечения безопасности призвана выполнять как внешнюю, так и внутреннюю функции. Исторически сложилось так, что российские вооруженные силы всегда выполняли обе эти функции. Однако конституционное закрепление построения в СССР социализма внутреннюю функцию его Вооруженных Сил отменяло, хотя в конкретно складывающейся политической ситуации они фактически ее выполняли, что ставило их в весьма двусмысленное положение, которое в конечном счете привело к серьезным последствиям. Неоднократно подставленные политическим руководством, Вооруженные Силы в августе 1991 г. не выполнили приказ по наведению порядка в стране, что стало одной из причин ее развала. Но фактически эта же армия без особых колебаний по приказу Президента осенью 1993 г. расстреляла законно избранный Верховный Совет, посмевший не подчиниться его политической воле. Это яркое свидетельство того, как политически и морально дезориентированая армия может стать орудием сил, борющихся за власть. Чтобы избежать этого функции вооруженных сил должны быть однозначно определены в Конституции и законах, с выделением внутренней безопасности в функцию полицейских силовых структур.

Российская политическая система, несмотря на все попытки реформирования, в конечном итоге сохраняла тоталитарные черты. И постоянным спутником этого был аппарат контроля за населением, т.е. органы внутренней государственной безопасности. Российское государство в силу перманентного отсутствия средств не могло иметь современную полицию со всеми ее возможностями, поэтому ему приходилось прибегать к достаточно грубым методам обеспечения внутренней безопасности, которые накладывали специфический отпечаток на характер нашего народа, формируя не самые лучшие его черты.

Самым распостраненным средством контроля за населения был в России донос. В Уложении 1649 г., запрещавшем крестьянам жаловаться на помещика, было сделано исключение, если их жалоба касалась деяний, направленных против государя и государства. Однако донос вряд ли получил бы широкое распространение, если бы не опирался на круговую поруку, заставлявшую людей бдительно следить друг за другом, стимулируя формирование подозрительности, всячески поощряемую государством. В этих условиях в российском обществе не могло выработаться здоровое коллективное чувство товарищества, обрекая его на верноподданничество.

Длительное устойчивое недоверие в России к иностранцам, постоянное подчеркивание необходимости бдительности по отношению к ним обусловливало возникновение среди населения ксенофобии, неприятия всего неизвестного, страха перед ним. Российские границы были всегда наглухо закрыты. Главной причиной этого было опасение потерять подданных и источники доходов. Однако и иностранцы, пожелавшие въехать в Россию, натыкались на серьезные трудности, хотя, когда они были нужны правительству, то перед ними откровенно заискивали.

Неразвитость правосознания в России закрепляло в русском характере нигилистическое отношение к закону, ориентацию на нормы морали, что широко использовалось полицией. Этому способствовала и православная церковь. Согласно утвержденному Петром I «Духовному регламенту», священники обязывались доносить властям любые сведения о покушении на интересы государства, даже если они были получены на исповеди. И что самое примечательное, данное обстоятельство не встретило сопротивления ни церкви, ни просвещенных слоев общества, ни народа, что не могло не оставить след в его сознании. Возможно, именно это стала одной из причин его стихийного атеизма, принимавшего порой уродливые формы.

До Николая I политический сыск в России носил неупорядоченный характер. Слабость мер по обеспечению внутренней безопасности стала очевидной в связи с восстанием декабристов, поэтому, они ужесточаются, обусловливая появление явных признаков формирования полицейского государства.

Первым таким признаком явилось учреждение в 1826 г. Третьего отделения императорской канцелярии - тайной политической полиции с широчайшими полномочиями по предотвращению подрывной деятельности против самодержавия.

Вторым признаком стало Уложение 1845 г., в двух разделах которого шла речь о политических преступлениях. Этот документ фактически явился источником всех тех положений, которые легли в основу деятельности политической полиции России и советских органов госбезопасности, давая законный прецедент для подавления любых проявлений инакомыслия. Он, во-первых, признавал преступлением саму постановку вопроса об изменении государственного строя, а во-вторых, законодательно объявлял политику монополией существующей власти. Это законодательно оформило тоталитарные тенденции в политической системе России, что получило отражение в характере русского народа и негативно сказалось на дальнейшем развитии общественной жизни. Именно в это время в России произошел катастрофический раскол между властью и обществом.

С вступлением на престол Александра II правительство сделало попытку положить конец своеволию тайной полиции. Судебная реформа 1864 г. была наиболее успешной из всех реформ этого периода. Одним из ее достижений было то, что политические преступления стали подсудными обычным судам. Однако либерализация судебной системы в российских условиях сформировала негативное общественное сознание, направленное на подрыв государственных устоев. События, которые последовали вслед за либеральными реформами, с трудом поддаются объяснению. Жесткие меры Николая I осуждались обществом, но не вызывали активного протеста, а тем более террора. В условиях же либерализации, которую, казалось бы, надо было приветствовать, начинается террор. Кстати, нечто похожее произошло в процессе реформирования и в современной России. Некоторые политологи объясняют это явление незрелостью политических партий, генерирующих радикализм. Таким образом было положено начало формированию самых трагических черт русской революционной традиции - политического террора и терроризма, которые были присущи всем последующим революционным политическим организациям России, получившие впоследствии яркое воплощение в «белом» и «красном» терроре, в сталинских репрессиях, в событиях осени 1993 г., в решении проблемы Чечни, а также в соперничестве потерявших человеческий облик бандитствующих группировок «новых русских».

Царское правительство, реагируя на угрозу терроризма, начало принимать контрмеры, заложив между 1878 и 1881 гг. организационный и юридический фундамент полицейского режима, характерного для тоталитарного государства, который с небольшими изменениями существовал в нашей стране вплоть до последнего времени. В общих чертах они заключались в том, что в царское правительство для борьбы террором стало привлекать армию (временные военные губернаторы, военнополевые суды и т.д.). Более того, был принят секретный циркуляр, перечислявший строгие превентивные меры и дающий право полиции задерживать и даже ссылать любое лицо, подозреваемое в политических преступлениях без каких-либо санкций судебных органов и прокурора. Этот циркуляр так же явился важным шагом на пути создания в России полицейского режима. Однако эти меры не остановили волны терроризма.

Третье отделение было ликвидировано. Главным стражем внутренней безопасности России стал Департамент полиции, вошедший в Министерство внутренних дел. Был упорядочен и статус охранного отделения, которое в борьбе с революционным движением действовало самостоятельно и весьма профессионально. В 1898 г., с оживлением революционного движения и возникновением опасности новой волны терроризма, было образовано Особое отделение, ставшее центром борьбы против революционного движения. Вместе с тем, в своих ответных мерах на террор царское правительство не ограничивалось только репрессиями. Параллельно шли реформы по либерализации общественной жизни, которые столкнулись с сильным противодействием со стороны высшего чиновничества, чему во многом способствовало радикальное крыло революционного движения. Поскольку крайности сходятся, то и те, и другие способствовали формированию в общественном сознании устойчивого мнения, что либеральные реформы и терроризм - сопутствующие явления и для сохранения порядка нужна твердая власть.

Убийство Александра II положило конец либеральным реформам. Его преемник Александр III прямо заявил, что порядок будет восстановлен репрессивными мерами. Серия чрезвычайных мер завершила подчинение общества жесткой власти бюрократии и полиции. Но парадокс заключался в том, что планомерное наступление на права людей во имя государственной безопасности укрепляло не власть царя, а произвол бюрократии и полиции, которым давались все более широкие полномочия для борьбы с нарастающим революционным движением.

Вмешательство полиции в жизнь населения России стало беспрецедентным, что формировало психологию протестного революционного сознания у населения. Полицейские меры подкреплялись и уголовным законодательством, превращая российскую юриспруденцию в служанку политического режима. Эта тенденция оставалась весьма устойчивой на протяжении всего дальнейшего развития нашего государства.

В первые годы XX в. царское правительство провело ряд пробных мероприятий, шагнувших за пределы полицейского режима и приобретших еще большие черты тоталитаризма. Именно такая попытка связана с именем начальника московской охранки С.В.Зубатова, который стал инициатором создания многочисленных профсоюзных организаций под протекцией полиции. Эта инициатива внесла существенный вклад в технологию авторитарной политики. Если бы она не была пресечена, то под эгидой полиции были бы созданы всевозможные организации, в том числе и парламент, что позволило бы политической полиции занять ведущее место в политической жизни России.

Но, несмотря на все предпосылки, императорская Россия всетаки не стала законченной формой полицейского, а тем более тоталитарного государства. Этому препятствовали некоторые обстоятельства. Во-первых, правящая элита страны тяготела к западным либеральным ценностям, хотя и весьма поверхностно, скорее как к моде, что снижало эффект репрессивных мер, ибо самодержавию хотелось сохранить цивилизованное лицо перед мировым общественным мнением. Во-вторых, репрессивной политике царизма мешала частная собственность, которая сводило на нет многие политические меры против оппозиции. В-третьих, серьезным противовесом репрессиям было разрешение российским подданным во второй половине XIX в. свободного выезда за границу, поэтому нет ничего удивительного в том, что лидеры и штабы революционных партий беспрепятственно готовили там революцию.

Главным итогом формирования полицейского государства в России явилась радикализация к началу XX в. российского общества. Политические преступления трактовались так широко, что репрессии захватывали и объединяли людей, не имеющих ничего общего с революционным движением. Существовавшее в то время законодательство отнюдь не вело к искоренению революционной деятельности, а скорее ей содействовало.

Своеобразный «пассионарный» толчок, обусловленный радикализацией российского общества, спровоцировав, с одной стороны, размах терроризма, а, с другой, ответные репрессии царизма, не иссяк и после революционных потрясений 1917 г. и провозглашения Советской власти. Пришедшие к власти большевики, как и противостоящая им оопозиция, воспитывались в условиях полицейского режима. Скопившаяся негативная энергия требовала выхода, поэтому если бы большевики не взяли власть, то в стране скорее всего была бы установлена не менее жесткая диктатура - военная.

В связи с этим, нет ничего неожиданного и в том, что сразу же после прихода к власти большевики приступили к созданию института обеспечения ее безопасности. Однако, во многом являясь подобием царской политической полиции, советская госбезопасность оказалась более жесткой и эффективной. Очень быстро после ее учреждения умолкла оппозиционная печать, были нейтрализованы главные политические противники, исчезли какие-либо несоветские общественные организации. Вместе с тем ее органы сыграли важную роль в преодолении разрухи и создании социалистической экономики. Обусловлено все это было прежде всего учетом слабых сторон старого аппарата политической полиции. Новая политическая элита особенно не считалась с мнением Запада, посему мало заботилась о моральной оценке своих действий. Был запрещен свободный выезд за границу. И, наконец, ликвидация частной собственности делала людей беспомощными перед властью.

Вместе с тем, чрезвычайные органы большевики считали временной мерой, вызванной сопротивлением врагов революции. Однако карательная машина диктатуры пролетариата, набрав обороты, достигла при Сталине апогея. Но, если действия ВЧК и КГБ в целом были адекватны действиям классовых противников Совесткой власти, то деяния сталинского НКВД плохо поддаются рациональному объяснению. Единственно, что хоть както это объясняет, - неугасший «пассионарный» толчок, обусловленный радикализацией российского общества в конце XIX в., который, ослабев после смерти Сталина, иссяк лишь к 90-м гг., чем, кстати, можно объяснить бездействие органов КГБ, перед реальной угрозой гибели СССР. Это, по нашему мнению, зловещий симптом заболевания нации, метаморфоза ее от «перевозбуждения» к апатии и саморазрушению.

Современная ситуация в России с точки зрения ее безопасности весьма сложна и противоречива. Во-первых, страна переживает глубокий и всеохватывающий кризис, вызванный не только разрушением советской политической системы, но и просчетами в реформах, ведущих к новому варианту тоталитаризма. Во-вторых, реальностью является незавершившееся становление России как суверенного государства, т.к., внося решающий вклад в развал СССР, реформаторы разрушили историческую Россию, со всеми преимуществами сложившихся народно-хозяйственных, социальных и иных связей, забыв о ее многонациональности, что усложнило обустройство ее суверенной государственности и резко ослабило безопасность. В-третьих, после развала СССР серьезно изменилось геополитическое положение суверенной России, резко сократилась ресурсная база обеспечения ее международной деятельности и влияния, что ослабило инфраструктуру страны и сказалось на ее безопасности. Подобная ситуация, отразившись в общественном сознании, привела к тому, что бывший советский народ, и прежде всего русский, составляющий его основу, оказался в униженном положении, потерпевшего сокрушительное поражение в войне. Его национальное самосознание подавлено. А это крайне опасное состояние для любого народа.

Все общественные катаклизмы, имевшие место в последние годы, не могли не сказаться и на становлении новых структур обеспечения безопасности России. Российская армия в кратчайший срок потеряла свою боевую мощь, доставшуюся ей от Советской Армии, и была доведена до полной дезорганизации, что убедительно показала война в Чечне. В сложном положении находятся и федеральные органы безопасности, которые на протяжении последних лет неоднократно перетряхивались, в результате чего возникла реальная угроза их профессионализму. Это, конечно, не случайно. В условиях бесконтрольного перераспределения национального достояния, коррупции во всех эшелонах власти и криминального разгула сильные органы госбезопасности новой номенклатуре и ее криминализированным попутчикам не нужны. К тому же очевидно, что к органом федеральной безопасности до последнего времени не было доверия в президентских структурах, ибо во время противостояния законодательной и исполнительной властей осенью 1993 г. они не проявили высокой лояльности Президенту Ельцину в отличие от элитных частей армии и МВД.

Как будут развиваться органы безопасности России в будущем во многом зависит от хода реформ. Но если мы действительно хотим иметь надежную защиту от внешних и внутренних угроз, то необходимо стремиться к созданию сильного, ориентированного на принципы гуманизма, государства.

Демократическое государство не имеет права быть слабым, иначе его граждане не будут защищены, а государственность, экономика, общественная нравственность будут разрушаться под напором коррупции и криминала. Сильное государство должно быть ориентировано на приоритет личности, но с учетом основополагающих интересов общества и государства. Диалектика здесь такова. И власти, и общество должны осознать, что политическое, экономическое, военное и в целом государственное благополучие зависит от того, как государство относится к человеку. Отношения между Российским государством и человеком сформировали такую генетическую его черту, как чиновничий произвол, а между тем рациональная поддержка человека выгодна государству, а человеку выгодно поддерживать власть, что положительно сказывается и на общественном благополучии. Поэтому очень важно сегодня, чтобы эти простые правила взаимоотношений личности, общества и государства были закреплены правом и воспитанием.

Важное значение в обеспечении безопасности России в условиях современного общественного развития имеет ее политика в области международных отношений. С развалом мировой системы социализма, а затем и СССР, международное положение России как его правопреемника коренным образом изменилось.

С точки зрения потенциальных внешних угроз для России сегодня можно выделить следующие. Во-первых, многие государства не отказалось от использования военной силы в международных отношениях, тем более в условиях ограниченности ресурсов и необходимости постоянного контроля над ними. Россия, являющаяся крупнейшим их обладателем, ослабленная политически и экономически, становится уязвимой в военном отношении. Во-вторых, на фоне кардинального изменения сил в мире сохраняются военные потенциалы крупнейших мировых держав (США и НАТО), продолжается военно-политическая экспансия НАТО на восток за счет включения в этот блок бывших стран варшавского блока и республик СССР. В-третьих, в образовавшемся геополитическом вакууме появился новый опасный фактор – исламский, который западные страны стремятся направить в сторону России. Указанные внешние угрозы вместе с внутриполитической нестабильностью способствуют формированию в общественном сознании нашего народа тревожного чувства враждебного окружения, что в сочетании с его исторической памятью создает стремления любыми средствами возродить военную мощь России.

В связи с этим обращается внимание на воспитание у нашего народа патриотизма. Патриотизм демократического общества предполагает уверенность человека в том, что в социальной среде, к которой он принадлежит, можно сделать жизнь здоровой, благополучной и рациональной, не противоречащей личным идеалам. Это своего рода инстинкт социального самосохранения, способ поддержания самоидентичности нации. Поэтому, ао мнению многих российских исследователей, объединение понятий «патриотизм», «отечество» и «сильное государство» есть некая духовная композиция, на которой должна основываться деятельность по модернизации России. И если наша культурная и духовная элита, призванная выработать социально-исторический идеал, не поймет, что разрушение государства гибельно для России, то ее крушение неизбежно.

В параграфе втором «Отражение русского национального характера в политике обеспечения безопасности России» отмечается, что научный анализ истории России позволяет обратить внимание на то, что российская политическая жизнь несет на себе отпечаток заметного влияния характера русского народа. А поскольку важнейшим ее элементом выступает и политика государства по обеспечению безопасности, то можно сделать вывод, что и на эту политику определенное влияние оказывал русский национальный характер.

Так уж сложилось исторически, для Российского государства актуальными всегда были как внешние, так и внутренние угрозы безопасности. Причем, решение этих проблем осуществлялось, в основном, военными средствами. Поэтому характерной чертой развития России была милитаризация общественной жизни. К тому же специфические для русского менталитета отношения между властью и народом на первое место в обеспечении безопасности выдвигали защиту государственных интересов. Приоритет государственной безопасности над общественной и личной – доминирующая черта российской политики в сфере обеспечения безопасности. Однако это не свидетельствует об агрессивности русского народа, наличия у него некоего врожденного «имперского комплекса».

Милитаризация и приоритет в политике безопасности государственных интересов связаны с географическим положением России, а также неблагоприятными для сельского хозяйства, являвшегося основой существования русского народа, условиями. Это вело к экстенсивному развитию хозяйственной жизни и, как следствие, к освоению все новых и новых земель. Поэтому колонизация - это не результат природной агрессивности и «имперских амбиций» нашего народа, а экономическая необходимость, одно из условий его выживания.

Не дают оснований обвинить Россию в агрессивности, имперской экспансии и войны, которые она вела на протяжении своей истории. Это были, как правило, войны за свое существование, за жизненные интересы. Не милитаризм и врожденный «имперский инстинкт» формировали политику обеспечения российской безопасности, а исключительная стойкость нашего народа, его способность противостоять невзгодам, войнам, выдерживать жесточайшие испытания судьбы. Именно эти качества можно назвать важнейшими свойствами русского народного характера, определявшими военную политику России.

Влияние специфических черт характера русского народа во многом способствовало тому, что русская армия, русское военное искусство были подлинно национальными. В связи с этим, при анализе воздействия характера народа на военно-политические аспекты обеспечения безопасности, целесообразно обращаться к истории народа. Следует также отметить, что национальные черты вооруженных сил, военного искусства в немалой степени проявляются в деятельности наиболее талантливых и самобытных государственных и военных деятелей, а также в обстоятельствах, обусловивших их деятельность.


   
 
  • Опубликовано: 25 февраля 2013 /
  • Просмотров: 16401
  •  (голосов: 2)
Выбор работ
Реклама
О нашем учебном сайте

Для всех студентов и даже нерадивых,

Для умных аспирантов и девушек красивых,

Для тех, кто изучает языки,

Для всех, кому нужны курсовики

(дипломы, авторефераты, диссертации),

Для будущих философов, психологов, юристов,

Для правоведов, сварщиков, экономистов,

Для всех, кто к знаниям стремится,

Учебный добрый сайт ну очень пригодится.