Идеология искусственной универсализации мирового сообщества как основа глобализации

В третьем параграфе «СУБЪЕКТИВНЫЕ ФАКТОРЫ КАК ВЕДУЩИЕ В СТАНОВЛЕНИИ ЕВРОПОЦЕНТРИСТСКОЙ КАРТИНЫ МИРА» рассматривается влияние субъективных факторов на формирование европоцентризма как ведущей, на протяжении последних столетий, научной и идеологической парадигмы.

Диссертант исходит из того важного тезиса, что европоцентризм не сводится к какой либо из разновидностей этноцентpизма, от которого не свободен ни один народ, особенно в условиях кризиса. Это - идеология, претендующая на универсализм и утверждающая, что все народы и все культуры проходят один и тот же путь и отличаются друг от друга лишь стадией развития. Европоцентризм, получивший мощную идеологическую поддержку от науки (в виде дарвинизма), широко распространился в XIX веке. Но основные его положения остались неизменными и сегодня.

Автором особо подчеркивается, что для выяснения сущности европоцентризма важно определить, какая сторона этого процесса представляет собой закономерный процесс, а что – следствие реализации планов субъектов европоцентризма. Действие субъективного фактора, как особый подход к пониманию особенностей развития общества, подтверждают тезис о том, что репрезентация в принципе игнорирует диалектику тождества и различия: тот, кто делает или считает нечто репрезентацией иного, произвольно наделяет предмет качествами репрезентации.

Принципиальным направлением данного диссертационного исследования является выяснение того, насколько выдвижение Европы на первый план является следствием объективных условий. Соответственно, подобный анализ, по мнению диссертанта, предполагает в первую очередь уточнение сущности социального познания, с точки зрения, различных политических и философских течений. Например, Гегель считал, чем более глубоким станет наше познание, тем яснее откроется перед нами план и задача всего; само познание не что иное, как обнаружение законов и приведение фактов в закономерный порядок. Однако многие исследователи, например, Э.Трёльч, считали гегелевскую концепцию эмпирической, хотя на самом деле это определение к ней подходит в меньшей степени, поскольку исключает региональную историю как наиболее приближенную к жизни конкретной замкнутого общественного пространства. В этой связи важно отметить, что Делёз и Гваттари склоняются все-таки к мнению, что Хайдеггер (как и Гегель) остается историцистом, поскольку историю он полагает «как форму внутренней жизни, к которой концепт закономерно развивает или раскрывает свою судьбу. Закономерность основывается здесь на абстрагировании исторического начала, сделанного кольцевым.

Диссертант доказывает, что современное положение Европы в мировом сообществе трудно будет оценить объективно, если не учитывать, что роль среднего, промежуточного уровня диктуется необходимостью снятия противоречий между европейскими и локальными тенденциями, между социальной интеграцией и дифференциацией мирового сообщества, между унифицированной регламентацией всех сфер общественной жизни и местными историческими традициями. Современные мощные макропроцессы, воздействуя на нижние пласты социума, все-таки не способны разрушить разнообразие социального мира, так как неизбежно вызывают ответную реакцию снизу, наталкиваются на сопротивление этнокультурной микросреды.

Не менее важно, что в диссертации исследуется принципиальный для европоцентристской модели мира момент, согласно которому задачи, решаемые в процессе общественного развития, постоянно меняются, а потому их оценки относительно прогресса и регресса бывают субъективными, относительными, неисторичными. Шкала ценностей, которой придерживается тот, кто высказывается о прогрессе и регрессе, нередко рассматривается как завершенный критерий общественного прогресса и регресса. Современная философская теория общества направлена на изучение общества, как отличного от каждого из составляющих его субъектов, целостного (интегративного) и самодостаточного образования, как конкретно-исторический способа взаимодействия и взаимоотношений людей. Общество рассматривается как система, которая в условиях изменяющейся внешней среды обладает способностью к устойчивому самовоспроизводству своей целостности на основе различных форм деятельности людей, обеспечивающих их упорядоченное целенаправленное взаимодействие. При этом обычно подчеркивается, что общество, будучи целостной самоорганизующейся системой, содержит для этого все структурные и функциональные основания.

В диссертационном исследовании доказывается на многих примерах, что европоцентризм является во многом искусственным созданием идеологов будущей глобализации мира, а они, как правило, не учитывают, что общество – особый вид бытия, сложно организованная система жизнедеятельности и жизнеотношений людей в материальном мире. Познание его сущности и особенностей развития требует ответа на вопрос о том, что есть общество и как, каким образом осуществляется в нем жизнь людей.

По мнению диссертанта, европоцентризм основывается на марксистской теории, согласно которой в основе прогресса находится экономика. Однако с этой точки зрения, трудно ответить на вопрос, почему гибли большие империи с развитыми продуктивными силами, а вперед выходили страны с менее развитыми продуктивными силами, или почему отдельные общества обошли в своем развитии одну или несколько формаций и вместе с тем находятся в авангарде прогресса. Однако экономический критерий прогресса не является всеохватывающим. Таким критерием может быть общесоциологический, сущностный и общий для всех сфер общественной жизни, в частности, и для определения уровня духовности общества. Тем не менее, такой критерий может быть очень абстрактным – это сам человек, точнее, уровень развития личности. Этот критерий предусматривает высокий уровень гуманизации общества, достижения личностью социальной свободы, т.е. ликвидации вековой отчужденности между личностью и обществом (государством). На этом основании возможно определение эмпирически-конкретных факторов общественного прогресса. Определение показателей прогресса может быть прагматическим и локализованным. Например, показатели общественного прогресса могут быть дифференцированы по сферам: экономической, технической, экологической, политической, культурной и т.п. Все показатели, которые фиксируют движение общества вперед и не являются показателями регресса (упадка, деградации), могут рассматриваться как эмпирические свидетельства общественного прогресса. Данный момент необходимо учитывать в процессе анализа объективных и субъективных факторов, которые как базиса европоцентризма.

Не менее принципиален вывод о том, что европоцентризм и его кризис тесно связаны с субъективными факторами, которые являются ведущими в попытке создания ангажированной картины мира, поскольку, как уже отмечалось, в основе такого подхода – принципы репрезентации. Метафизическое признание канонов репрезентации подчеркивает их конвенциальный характер и говорит о том, что конвенция выступает одним из важнейших моментов репрезентации.

Субъективистский фактор в оформлении европоцентристской модели мира проявляется также в господстве сциентизма. Как показано в диссертации, многие ученые пришли к выводу, что «XIX век можно считать столетием расцвета сциентической методологии. Классическая физика рассматривалась как единая возможная модель для дисциплин, что изучают живой организм, мышление и общество. Гуманистические последствия такого мировоззрения оказались отрицательными, потому что механицизм бросил мир под бесконтрольную власть техники и создал условия «механизации» человеческого общества, он привел к цивилизации, которая обожает технологию.

По нашему мнению, современная философская установка, на которой базируется европоцентризм, парадоксальным образом возвращается к старому гегельянскому делению народов на исторические и неисторические. Это связано с кризисом прежней формационной теории, по своему утвердившей историческое достоинство народов тем, что признала универсальным, действующим независимо от культурно-региональных и этнических различий вселенский формационный код.

В результате проведенного анализа автор приходит к выводу, что в современных условиях все чаще народы понимают искусственность европоцентризма и его гибельность, причем говорят об этом даже западные исследователи, подчеркивая, что алжирцы, например, фактически выступили против равенства – против того, чтобы быть гражданами единой Французской республики, гарантии чего были им обещаны. Выбрав иной путь, они продемонстрировали, что «не хотят индивидуально становится французами, а предпочитают коллективно оставаться арабами и столь же коллективно – мусульманами ценят национальное освобождение выше, нежели либеральную эмансипацию2.

Таким образом, результаты исторических исследований длительное время использовались в интересах только небольшого числа европейских стран, т.е. создавалась довольно фальсифицированная картина мира, оправдывающая давление европейской цивилизации на самодостаточные народы и культуры.

Во второй главе «ГЛОБАЛИЗАЦИЯ КАК ПОПЫТКА РЕАЛИЗАЦИИ ИДЕЙ УНИВЕРСАЛИЗАЦИИ МИРОВОГО СООБЩЕСТВА» доказывается, что всесторонний подход к изучению кризиса европоцентризма требует безусловного помещения рассматриваемых тенденций в целостные контексты, т.е. постоянного учета их места в массовых социальных процессах, их общераспространенности либо уникальности. Важнейшее требование такого подхода - постоянное выстраивание иерархии уровней, направленных на достижение конкретности получаемых результатов, их доведения до уровня характеристик реального субъекта социального действия. В отличие от культурологического анализа такой подход нацелен на осмысление противоречия между культурой и социальными отношениями, т.е. изучает не собственно характеристики того или иного типа сознания, но момент столкновения последнего с социальной реальностью, т.е. переход человеческих представлений в реальную организацию жизни общества.

Автором акционируется внимание на тезисе о том, что истинное понимание сути европоцентризма возможно только на базе диалектического проекта науки. Диалектический проект науки – это один из альтернативных способов существования науки, который ориентирован в своем развитии и самопознании на признании познаваемости мира, представляющего собой всеобщую связь явлений, которая выводится из диалектической модели мира.

В первом параграфе «ГЛОБАЛИЗАЦИЯ КАК НАРУШЕНИЕ ОБЪЕКТИВНОЙ ДИАЛЕКТИКИ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА» базой для исследования диссертантом избран диалектический проект науки как один из альтернативных способов существования науки. Для анализа сущности и кризиса европоцентризма особо важно то, что диалектический проект науки ориентирован в своем развитии и самопознании на признании познаваемости мира.

В диссертации доказывается, что именно на базе диалектического проекта науки появляется возможность определить степень закономерности возникновения европоцентризма и, соответственно, искусственности этого процесса. В соответствии с диалектическим проектом исследуется судьба совершенства: превращение хаоса в космос (космоса в хаос) или превращение одной сферы космоса в другую. Анализируется также, в каких формах происходят оба вида превращений. В этом случае всеобщая связь выступает как условие самореализации совершенства в том или ином из двух указанных видов превращений.

В работе доказывается, что исследование на диалектическом базисе представляет возможность изучать феномен европоцентризма, исключая ангажированность. Этот подход соответствует отражательной теории познания.

Европоцентризм приобретает более объемный характер для исследования, если используются законы диалектики. Что же подпитывало европоцентризм на протяжении последних столетий? Важно определить, что содержание народного духа, по мнению Гегеля, имеет три источника:

а) «первоначальная диспозиция народного характера», как нечто врожденное. Здесь опорой служит антропология. Исходными выступают расовые различия, модифицирующиеся в национальный характер;

б) они непосредственно связаны со вторым источником - природной средой. Природная среда оказывает влияние на процесс формирования национального характера. Гегель считал природную среду важным фактором, хотя и придавал ей меньшее значение чем Гердер. Он выделял три типа природной Среды - горы, равнины и побережье и пытался показать как определенный тип влияет на специфику национального характера;

в) условия времени, т.е. традиции и исторические обстоятельства.

Для анализа автор использует диалектическую методологию. Осознать своеобразие собственного духа могут народы, имеющие развитую культуру. Когда окружающая среда не благоприятствует развитию культуры, то это может и не произойти. Таких отрицательных факторов, видимо, три: 1) слишком холодные или слишком жаркие климатические условия; 2) занятие земледелием на равнинах порождает сезонные, циклические привычки в деятельности и упование на слепую судьбу; 3) жители высокогорий, в силу своей разобщенности, так же не могут создать развитую культуру. Методом исключения Гегель приходит к выводу, что народам, населяющим побережье, легче всего осознать себя, т.е. стать всемирно-историческими. Народы, которые осознают, стремятся в культурной деятельности объективировать исходные ценности, лежащие в основании народного духа. Народ становится духовно мертвым, когда он реализовал то, что он хотел. Если же у него есть стремление существовать дальше, то он доложен хотеть нечто новое, но это новое должно быть более высоким представлением самого себя. Государство является организацией определенного народа, объективированным выражением своеобразия народного духа.

Диссертант доказывает, что серьезной попыткой логически определить объективные условия становления европоцентризма явилась гегелевская диалектика исторической истины как тождество субъекта и объекта. В гносеологии Гегеля посредствующим звеном между объектом и субъектом познания выступает практика, т.е. деятельность духа, проявляющаяся через своих носителей, через людей.

В работе освещается одна из причин длительного периода господства европоцентризма – это неопределенность статуса государства в современных условиях. Во многом это объясняется тем фактом, что «в диалектическом значении государство выступает как нечто, включенное в систему других социальных институтов по принципу институционального единства человеческого мира. Последовательно проводится мысль, что для понимания причин и сути кризиса европоцентризма важно отметить, что в системе доминирующих жизненных смыслов техногенной цивилизации особое место занимает ценность инноваций и прогресса, чего тоже нет в традиционных общества. Дело в том, что для европейской цивилизации изменение и прогресс становятся самоценностью.

Исследование сущности европоцентризма на базе диалектики, согласно диссертационному исследованию предполагает среди ценностных приоритетов техногенной культуры выделить особое понимание власти и силы. Известно, что власть может рассматриваться не только как власть человека над человеком (это есть и в традиционных обществах), но, прежде всего как власть над объектами. Причем объектами, на которые направлены силовые воздействия с целью господства над ними, выступают не только природные, но и социальные объекты. Они тоже становятся объектами технологического манипулирования. Эти тенденции ярко проявляли себя при реализации проекта «Европа как центр мира» на протяжении последних столетий.

Сущность европоцентризма в работе освещается исходя из того факта, что из системы ценностей вырастают многие другие особенности культуры техногенной цивилизации. Эти ценности выступают своеобразным геномом техногенной цивилизации, ее культурно-генетическим кодом, в соответствии с которым она воспроизводится и развивается. Согласно диалектике, с исследования взаимодействия начинается и заканчивается познание.

С другой стороны, не менее отчетливо в работе наблюдается и анализ обратных процессов: увеличение разнообразия, степени дифференциации народов, возрождение традиционных ценностей, расширение локальных националистических устремлений, порой приводящих и к конфликтам. В то же время диссертантом ставится под сомнение постулат сторонников европоцентризма, уверенных, что локальный этнокультурный опыт немыслим вне общецивилизационного контекста.

Для исследования европоцентризма необходимо учитывать, что в отличие от политологии социокультурный подход меньше направлен на изучение действий политических лидеров, элит, меньше интересуется политическими решениями и не склонен преувеличивать возможности властвующего субъекта. Он отрицает способность политических решений определяющим образом влиять на социальные процессы. Политическая же культура, с позиций этого подхода, – это прежде всего массовые представления о власти, ее субъектах, нормах, нравах и обычаях, определяющих политическое поведение.

В современных условиях есть все основания утверждать, что мир фактически движется к синтезу Востока и Запада. В процессе синтеза происходит взаимная адаптация восточных и западных компонент. Однако, эти тенденции нельзя рассматривать как всеобщие, поскольку, по справедливому утверждению А.Панарина, авангард в известных случаях способен и на прямой геноцид в отношении большинства, в особенности если его нетерпимость подпитывается какими-то старыми социальными или национальными обидами[8]. Подобную ситуацию мы наблюдаем в современном мире.

Таким образом, европоцентризма с точки зрения диалектического проекта науки является искусственным построением, которое выполнило свою историческую задачу и должен быть заменен многополярным мироустройством.

Ведущей задачей второго параграфа «ЗАКОНОМЕРНОСТЬ КРИЗИСА УНИВЕРСАЛИСТСКИХ КОНЦЕПЦИЙ» является анализ основных доказательств того, что европоцентристская идеология изжила себя и должна уступить место более реалистической, которая сбалансировано учитывала бы интересы всех социумов.

По мнению диссертанта, кризис европоцентризма подтверждает, тот факт, что «между субъектом и объектом прежней мироустроительной системы произошло заметное изменение взаимоотношений: былой объект вырос в своем онтологическом и ценностном значении, субъект – самокритически умалился. По-видимому, именно к нему, субъекту, будет относиться запрос грядущей формационной теории по поводу необходимых качественных реорганизаций и сдвигов. Слепота европоцентристского научного знания в отношении внутреннего мира – этого «черного ящика» западной культуры, привыкшей уповать на технико-экономический детерминизм, – мешает Западу выступить сегодня с большой формационной мироустроительной инициативой.

Автором анализируется факт определенного пессимизма, который наблюдался в развитии Европы уже в начале двадцатого века. Надежда на объединение Европы как решение проблем западной цивилизации в ряде случаев, например, у Шпенглера, уступает место пессимистическим ожиданиям «заката Европы». В теории массового общества социологическая мысль анализирует разрушительную сторону глобализации. Сам термин «массовое общество» имеет негативное значение и указывает на реальность, не укладывающуюся в гуманистический и классовый подходы. Активистская парадигма как основа процесса глобализации сохраняется, по ряду позиций находясь под вопросом. Это относится к критической оценке роли науки и техники. Но и принцип человекобожия частично ставится под сомнение.

Довольно детально в диссертации рассматривается ситуация, когда начинается избавление от многочисленных иллюзий, порожденных десятилетиями его доминирования. Западу придется осознать, что даже при имеющейся экономической и военной мощи у него остается все меньше возможностей влиять на периферии. Более того, налицо эрозия его социальной и политических структур. Убедительно доказывается, что сторонники европоцентристской модели мира не могут претендовать на особое положение Европы, в частности, потому, что до сих пор остается не проясненной ситуация с общечеловеческими ценностями. В диссертационной работе показано, почему запущенная идея продолжает функционировать, превращаясь в пошлые лозунговые фразы, которыми прикрываются подчас самые различные группы, партии и движения. Общечеловеческие ценности могут быть истолкованы в возвышено банальных констатациях: к ним будто бы относится все, что является ясным и понятным для всех стран и народов.

Автор показывает, что сомнение по поводу особой роли европоцентризма, характерные для многих исследователей обоснованы. В работе доказано, что в современных условиях становится совершенно очевидным факт ошибочности парадигмы европоцентризма, как однолинейного процесса, который завел человечество в тупик. Необходима смена геополитической, социально-политической, идейно-нравственной парадигм развития современного мира. Диссертант исследует причины кризиса европоцентризма и доказывает, что идеология экономоцентризма и технологического детерминизма, прагматизма и крайнего индивидуализма отжила свой век, на смену ей приходит идеология антропоцентризма. Человек, его материальное, физическое и нравственное состояние, возможность проявить свою индивидуальность становятся основным социальным индикатором прогрессивности или реакционности всех явлений и процессов современного мира. Не менее важен и другой аспект исследования, где показаны болевые точки современного мирового сообщества, в частности, проблема отчуждения. Этот важный аспект, характеризующий европоцентризм, характеризует нарастание процесса отчуждения. Многообразие форм деятельности человека позволяет ставить вопрос о разграничении понятий «отчуждение» и «формы отчуждения».

Диссертантом приведены аргументы, согласно которым именно в современных условиях ярко проявляются все признаки кризиса европоцентризма как оплота потребительского общества. Действительно, современное общество не укладывается в традиционные европоцентристские стандарты.

Европейская экспансия, которая и породила нынешний западный мир принимала три весьма отличные друг от друга формы. Первая, наиболее популярная и имеющая наименьшие последствия для стран периферии форма – это навязывание внешних черт западного образа жизни. Вторая – копирование европейских методов хозяйствования, а отчасти и управления, не затрагивающих политической структуры общества. Третья – комплексное укоренение западных социальных форм, которое, однако, происходило лишь там, где аборигены полностью ассимилировались, а выходцы из Европы составляли абсолютное большинство населения.

Для носителей неиндивидуализированного типа поведения достижение собственных целей немыслимо вне сообщества себе подобных.

Автор вполне обоснованно приходит к выводу, что XXI в. неизбежно станет для западного мира периодом изживания многочисленных иллюзий, порожденных десятилетиями его доминирования. Западу придется осознать, что даже при имеющейся экономической и военной мощи у него остается все меньше возможностей влиять на периферии. Более того, налицо эрозия его социальной и политических структур. Важнейший урок завершившегося столетия заключается в том, что демократическое гражданское общество западного типа не может быстро утвердиться в планетарном масштабе (хотя десять лет назад декларировалось как раз обратное).

В диссертации показано, что одно из основных предвестий кризисных трансформаций, которое анализировалось в первых работах по философии кризиса, - это ощущение ограниченности мирового пространства. Европейское человечество ощутило ограниченность территории, возможностей, перспектив. Естественно, что изначально это не могло восприниматься иначе, как посягательство на законные права Европы и европейцев. Однако XX в. решительно освоил это общее мировое пространство, вернув бесконечность с идеей глобальности.

Таким образом, устоявшийся европоцентризм, как и другие универсалистские теории, является следствием целенаправленного искажения исторического прошлого для оправдания агрессивной политики так называемых «демократических» стран по отношению ко всему «неевропейскому миру».


   
 
  • Опубликовано: 6 июня 2015 /
  • Просмотров: 10162
  •  (голосов: 1)
Выбор работ
Реклама
О нашем учебном сайте

Для всех студентов и даже нерадивых,

Для умных аспирантов и девушек красивых,

Для тех, кто изучает языки,

Для всех, кому нужны курсовики

(дипломы, авторефераты, диссертации),

Для будущих философов, психологов, юристов,

Для правоведов, сварщиков, экономистов,

Для всех, кто к знаниям стремится,

Учебный добрый сайт ну очень пригодится.