Русский национальный характер в контексте процессов формирования и развития политической жизни России

В силу исторической традиции и прежде всего жесткого централизма не все благополучно в России обстояло и с представительной властью. До начала XX в. она вообще отсутствовала и только в 1906 г. наша страна получила, хоть формальный, но всетаки представительный орган власти – Государственную думу, закончившую свое существование вместе с падением монархии. Не увенчалась успехом и попытка созыва Учредительного собрания, которое отказалось поддержать уже провозглашенную Советскую власть, и было распущено. Провозгласив Советы, в основе которых лежало самоуправление трудящихся, большевики фактически лишили их реальной власти, превратив в машину беспрекословного проведения в жизнь решений партии, вновь создав предпосылки для тоталитаризма.

Возрождение Советов наметилось в годы «перестройки», но в их органах появляются силы, не заинтересованные в этом, которые под флагом демократии начали процесс их разрушения. В итоге после августовского переворота 1991 г. они были значительно ограничены в своих конституционных правах. Завершился процесс их разрушения в октября 1993 г. после насильственного устранения законно избранного Верховного Совета России. Высшим органом ее представительной власти по новой Конституции стало Федеральное собрание. Однако анализ событий, прошедших после этого, не позволяет говорить ни о торжестве демократии, ни о прочной стабилизации общества.

Влияние русского характера на политическую организацию России просматривается и в становлении ее судебной системы. На Руси глубокие корни имело слияние судебной и административной властей. Правда судебная реформа 1864 г. дала относительно самостоятельное правосудие, но вслед за ней последовала контрреформа, которая отмела большинство либеральных судебных нововведений. Весьма сильный удар по российскому правосудию нанесла Октябрьская революция. Вместо распущенных судебных органов вводятся суды, избираемые Советами. Широкий размах получила деятельность ревтрибуналов, а также практика применения наказаний в административном порядке. Инакомыслие вновь становится государственным преступлением. Иначе говоря, закладываются предпосылки грядущих массовых репрессий, ставших апофеозом тоталитаризма. К сожалению, и сегодня вряд ли можно говорить о какой-либо эффективной судебной системе в России.

Определенную роль русский характер сыграл в формировании политических партий. Начало легальному партийному строительству в России положил Манифест 17 октября 1905 г. Однако политические организации возникли еще в XIX в. (декабристы и народники), деятельность которых носила радикальный характер. Причины бурной политизации российского общества и обострения до революционного накала ситуации в стране заключались в нежелании самодержавия решать назревшие социально-экономические и политические проблемы. Репрессии властей против оппозиции вызывали ответные действия, выливавшиеся в открытую конфронтацию с применением насильственных методов борьбы, что становится политической традицией России, которая дорого ей обошлась.

С распространением во второй половине XIX в. марксизма в России начинает складываться российская социал-демократия. В начале XX в., оформившиеся на его основе большевики, а также преемники народничества эсеры являлись наиболее решительной революционной оппозицией самодержавию, выступающей за насильственный его слом и создание социалистического общества, но по-разному понимающие его суть и движущие силы. После Манифеста сформировалась и партии либеральной оппозиции (кадеты и октябристы), которые, будучи сторонником реформирования страны, выступали как против произвола самодержавной бюрократии, так и революции. С этими партиями слабо конкурировала российские предприниматели (торгово-промышленная партия). Тогда же возникают и проправительственные, откровенно реакционные черносотенные партии, любыми мерами стремившиеся сохранить царизм.

В партийно-политической структуре российского общества после Февральской революции произошли заметные изменения, которые не способствовали сплочению демократических сил. И, хотя за короткий срок Временное правительство прошло эволюцию от кадетов к социалистам, оно не смогло вывести страну из тупика. Поэтому приход к власти в России большевиков был закономерен. Другой силы, способной справиться с ситуацией в тот период в стране просто не было.

После победы Октябрьской революции по мере укрепления позиций большевиков были распущены все политические партии. В России наступил период однопартийного правления. Коммунистическая партия явилась уникальным инструментом той власти, структура которой стала наиболее успешной для распространения и укрепления советской политической системы. Но это привело к серьезным последствиям, потому что власть перешла к одной партии, монополизировавшей ее, взяв на себя такое множество разнообразных функций, которые выполнить была не в состоянии. Отсюда идея централизации и внутрипартийного контроля, пронизавшая все ее структуры и предопределившие бюрократизацию партийного руководства. Однако со временем партия стала утрачивать энергию и способность осуществлять организующую, мобилизующую и контролирующую функции, выразившееся прежде всего в прогрессирующем отрыве ее структур от трудящихся, что стало главной причиной ее падения. Но игнорировать влияние коммунистов преждевременно. Парламентские, президентские и региональные выборы убедительно показывают, что за ними идет значительная часть населения России.

Нынешняя ситуация в стране характеризуется интенсивным партийным строительством. За последние годы возникло огромное количество партий, но не сложилось развитой партийной системы. И это не случайно, ибо такие системы могут существовать только в стабильных обществах. Фактическая власть, а также формирование общественных интересов сейчас в основном находятся в руках руководителей субъектов Федерации и ведущих местных политиков, по сути не зависимых от центра. Эта тенденция по всем признакам будет продолжаться. Самостоятельность регионов может внести значительный вклад в формирование гражданского общества, создавая промежуточные ступени между центром и местными органами управления. Одновременно цивилизованный регионализм может также выполнять защитную функцию против диктата центра. Если региональное самосознание будет развиваться в русле демократических процессов, подкрепляясь федеративным принципом государственного устройства, то это станет положительным фактором становления политической системы России. Если же этот процесс примет негативные формы, то не исключен региональный сепаратизм со всеми вытекающими последствиями для стабильности страны.

Наиболее сложной формой политических связей является политическая система. Предпосылкой ее формирования является сложившаяся политическая структура общества, т.е. разделение людей по политическим интересам и организационное закрепление его в форме различных политических институтов. Если политическая организация предполагает распределение элементов политической системы, определение их функций и отношений, то политическая система образует некое политическое общество, т.е. совокупность общественных групп и людей, наделенных политическими функциями и образующих политические учреждения, органы власти, партии и пр.

Политическая система является одной из подсистем совокупной общественной системы наряду с экономической, социальной, правовой, культурной и др., с которыми она тесно взаимодействует, образуя ее общественные ресурсы. Центральное положение политической системы в этой структуре определяется ведущей организационной и регулятивной ролью политики. Политическая система обусловлена социальной природой, общественным строем, формой правления, типом государства, характером политического режима, социально-политических и идеологических отношений, политико-правовым статусом государства, культурой политических отношений.

При анализе политической системы необходимо учитывать национальные традиции политической жизни общества, обусловленные в немалой степени характером народа. Главная особенность российской политической системы в контексте ее исторического развития - ярко выраженный системоцентризм. Она всегда тяготела к сверхцентрализации с ее иерархической структурой, вершину которой венчал неподотчетный никому верховный правитель, с моноидеологией, будь то православие или марксизм, с помощью которой обосновывалось право на господство, а также с разветвленной охранительной системой, отсутствием свободного индивида и гражданского общества, высокой степенью милитаризации всех сфер общественной жизни. Без этого наше государство было нефункциональным, а общество – плохо управляемым. Его политиче-ская система всегда отличалась неспособностью интегрировать политические силы. Эта тенденция сохраняется и сегодня. Многое свидетельствует сегодня в пользу сильной президентской власти, которая закреплена в действующей Конституции РФ, но реальное разделение властей и в этом случае наталкивается на серьезное сопротивление, свидетельствующее о слаборазвитости среднего уровня власти и учреждений, расположенных в российской политической системе между верховной властью и народом. Его политическая слабость явилась и следствие того, то в России очень поздно начался процесс разделения властей и собственности, который к тому же так и не был завершен.

Следует отметить, что большевики в создании советской политической системы достигли успеха потому, что имели дело со слабо структурированным обществом, в котором партия взяла на себя функцию государственной власти "руководящей и направляющей сила советского общества, ядра его политической системы". Глубоко укоренившаяся вера русского народа в государство и необходимость служения ему во многом способствовали этому. В отличие от самодержавия, они создали всеохватывающую систему предписаний, ставящую общественную активность под контроль. Кроме этого, она сумела создать механизмы участия, создающие иллюзию того, что советские учреждения и граждане имеют право голоса в решении важных вопросов политики. Помогли ей и уничтожение частной собственности, отчуждение общенародного достояния в пользу государства и такие особенности русского характера как общинность, внеэкономическая ориентация и др.

Советское государство представляло собой организм с гипертрофированной идеологической функцией, претендовавший не только на регулирование социальных отношений, но и на предписание определенного мировоззрения, чем мало отличалось от российского самодержавия, так же далекого от мировоззренческой терпимости.

В характере русского народа всегда выделялась такая черта, как апелляция к личности вождя (князя, царя, партийного лидера), в силу чего в политической культуре России личность его играла центральную, а учреждения – подчиненную роль. Большевики также культивировали эту традицию, причем весьма вольно определяли институциональную форму поста вождя, поэтому решающей всегда была реальная власть, а не ее учреждения.

Исторически сложилось так, что реальная власть в политической системе России регулировалась не на основании формальных бюрократических процедур, а скорее неформальным путем. Неотъемлемой частью самодержавного правления были отношения между монархом и подданными, позволяющие создавать окружение из преданных и лично зависимых от монарха исполнителей. Эту традицию «творчески» развили большевики. Объем компетенций и ответственности аппарата партии не был зафиксирован законодательно. Партия подчиняла себе государство, а ее вождь обладал верховной властью, но все это было вне закона. Неформальные отношения между вождем и номенклатурой, подчиняющейся четким процедурным правилам, неизбежно вели к коррупции и беззаконию. Поэтому неудивительно, что после крушения советской политической системы возникла своеобразная институциональная пустота. Отсутствовала не только партийная система, а вообще какие-либо самостоятельные общественные организации, защищающие права народа. Не существовало ни правящей коалиции, ни цивилизованной оппозиции. Именно наличие подобной пустоты обусловили уже в постсоветское время, казалось бы в условиях демократии, острую потребность в старых, проверенных связях с целью достижения минимума стабильности. Да и борьба за власть обусловливалась больше не благородными стремлениями послужить народу и государству, а возможностью использовать ее для личного обогащения. Поэтому, с одной стороны, имеет место явное противостояние центра и регионов, а с другой - сопротивление разделению властей и тяготение к личной власти. Отсюда, к тому же при отсутствии развитого правосознания, вполне естественна апелляция к авторитаризму.

Общинная психология русского народа создала предпосылки для формирования такой особенности политической культуры, как единение, которое носило, в основном, формальный и принудительный характер. Однако сочетание принципов единения и вождизма придавало власти чрезвычайную силу. Они помогали в тяжелые времена сплачивать народ и совместными усилиями преодолевать невзгоды. Однако их никогда не удавалось сделать нормой российской политической жизни. Вся история России - это история обособления и отсутствия нормального общения власти и общества. Отсюда обратная сторона культуры единения - постоянный поиск врагов, на которых списывались все неудачи политики, ориентированной на достижение абсолютной власти.

Из всего вышеизложенного можно констатировать, что государственная власть в России исторически имеет специфические сущностные характеристики, которые крайне важны для анализа российской политической системы. Прежде всего, она традиционно несменяема. Во-вторых,- безраздельна. Третья ее особенность заключается в том, что в России исторически сложился некий дуализм власти: персонофицированный ее носитель - верховный вождь - фигура неприкосновенная и непогрешимая, отделяется от системы власти. Отсюда и типичное русское отношение к власти: вождь хороший, а окружение плохое. В-четвертых, российская власть автономна от общества и неподконтрольна ему. Пятая, крайне важная для понимания специфики политической жизни особенность российской власти, заключается в том, что в процессе исторического развития в России сложилась генерация вождей, которые могли управлять страной лишь в чрезвычайных ситуациях и поэтому постоянно их воспроизводящие. И, наконец, государственная власть на Руси традиционно связана с обладанием и распределением собственности. Все указанные особенности не могли способствовать формированию нормальных взаимоотношений российских властей с обществом, т.к. стимулировали безответственность, злоупотребления и коррупцию. Из этого можно сделать вывод, что власть в России всегда была далека от народа, чемто внешним и недоступным для него, поэтому она отождествляется у него с понятием не «мы», а «они», т.е. чужие.

Такое положение имеет место и в сегодняшней России, определяя ход дискуссий и становление современной политической системы. Некоторые политики и СМИ эксплуатируют страх народа перед расколом общества, вместо того чтобы формировать в общественном сознании согласие. Сегодня наше общество раздирается противоречиями и не может создать эффективные механизмы их разрешения. Принцип единения попрежнему не срабатывает, более того, унаследованный в российской насильственной интерпретации, является важной причиной слабости политических партий России, изза отсутствует у них культура цивилизованного решения сложных политических проблем, без которой не может быть демократического парламентаризма и развитой партийной системы.

Как показывают нынешние реалии, процесс формирования политической системы России испытывает определенные трудности и затягивается. После развала советской политической системы в стране стала складываться иная система, которую можно охарактеризовать как «слабое государство - слабое общество». При этом ясно просматриваются сопутствующие этому тенденции. Первая связана с тем, что общественный перелом пробудил в российском обществе силы самоорганизации, которые опираются сегодня на более прочный социальный фундамент, чем в начале века, т.к. общество сильно изменилось в результате урбанизации и резкого повышения уровня образования, получив базу для появления среднего слоя. Вторая тенденция заключается в настойчивой апелляции к сильному государству. Значительная часть общества готова смириться с авторитарной властью, рассматриваемую как предпосылку восстановления порядка и безопасности.

При всей демократической риторике сегодня в России имеет место тенденция к формированию авторитарной модели политической системы, что обусловлено переходным состоянием общества - борьбой за власть, перераспределением собственности, ростом преступности и пр. Эта тенденция наметилась еще в июне 1990 г., когда был провозглашен суверенитет России, которым был не только запущен механизм разрушения СССР, но и возрождена приглушенная «перестройкой» тенденция авторитаризма, явное оформление которой в Конституции подтолкнул конфликт между Верховным Советом РФ и Президентом.

Однако дальнейшие события показали, что эта власть, имея все признаки авторитаризма, оказалась весьма слабой и малоэффективной. Реформирование общества тормозится захлестнувшей его коррупцией и криминализацией, что ведет к ностальгии по советским порядкам, которые в общественном сознании все больше идеализируются и кажутся меньшим злом, чем нынешние. Широко разрекламированный либеральными реформаторами процесс стратификации общества по западным стандартам провалился. А народившийся слой криминализированных собственников через свои финансовые группы начал активные попытки «хождения во власть», чтобы укрепить свои позиции.

Срастание власти и криминализированного бизнеса с разделением между ними труда в рамках политической системы подталкивает их к желанию стабильности, но понимаемой как вседозволенность и невмешательство государства и общества в их дела, отсутствие какой-либо социальной и юридической ответственности и обязательств перед народом. Во имя такой стабильности государство превращается в какоето не имеющее аналогов образование, своего рода конгломерат унитарных территорий и регионов, соединенных с неким расплывчатым и слабым центром двусторонними соглашениями. Именно в связи с этим центральная власть терпела созданный не без ее поддержки криминально-клановый режим в Чечне, а потом будто бы для восстановления конституционного порядка, которого там никогда не было, пытается его ликвидировать, испытавая при этом невиданное трудности и унижение.

Анализ процесса складывания политической системы современной России показывает, что он к концу 90-х гг. достиг стадии своего рода «тоталитарной демократии». Однако сформировавшийся на этой основе политический режим при всей его внешней авторитарности носил формальный характер, что проявлялось в постоянном перераспределении власти, перестановках, вытеснении из элиты или допуск в нее новых представителей и т.д. при постепенной утрате реальных рычагов управления общественными процессами в стране. И как здесь не вспомнить крылатую фразу бывшего премьерминистра В.С.Черномырдина: "Хотели как лучше, а получилось как всегда!" В ней четко просматривается историческая преемственность российской политической системы (независимо от типов политического режима) - неумение находить эффективные демократические формы управления обществом.

Трансформация складывающейся политической системы современной России в «тоталитарную демократию» вызвана, во- первых, ничем неоправданной ломкой советской политической системы, обусловившей общий кризис, с которым не может справиться нынешняя власть; во-вторых, ставкой на внешние силы, а не на формирование социальной базы внутри страны; в-третьих, крайне вялым государственным строительством и игнорированием выработки государственной идеологии; в-четвертых, изначальным курсом на насильственное разрушение созданного советской системой потенциала. Эти факторы радикально изменили характер современного российского политического режима, предопределив неототалитарные тенденции российской политической системы, в которой причудливо сочетается авторитарная личная власть с недопущением сильной государственности, попытки обеспечить стабильность с безответственностью политической элиты и ее опоры – криминализированного предпринимательства, стремление заявить о себе на мировой арене как о великой державе с откровенным заигрыванием с Западом, который весьма прозрачно дает понять о месте России на задворках цивилизованного мира.

В третьем параграфе «Русский национальный характер и судьбы российских реформ» на основе исторических фактов подчеркивается, что характер русского народа, обусловливая особенности политической жизни России, не оставлял без последствий и специфику ее реформирования, которая всегда проходила с большим надрывом, требуя от общества несопоставимых с его результатами испытаний и жертв, чему способствовали крайности русского характера - максимализм, игнорирование исторического опыта прошлых поколений, подтверждающее, что Россия - поистине «страна непредсказуемого прошлого», и др. Анализ опыта успешного реформирования западноевропейских стран позволяет увидеть, что этому способствовали некоторые предпосылки. Во-первых, их актуальность и своевременность осуществления. Во-вторых, преемственность, учет опыта подобных преобразований в прошлом. В-третьих, поддержка реформ внутри страны, т.е. опора на авторитетные социальные силы, заинтересованны в них. В-четвертых, благоприятная для страны международная обстановка. И наконец, в-пятых, вдумчивое изучение и творческое применение зарубежного опыта проведения подобных реформ.


   
 
  • Опубликовано: 25 февраля 2013 /
  • Просмотров: 16393
  •  (голосов: 2)
Выбор работ
Реклама
О нашем учебном сайте

Для всех студентов и даже нерадивых,

Для умных аспирантов и девушек красивых,

Для тех, кто изучает языки,

Для всех, кому нужны курсовики

(дипломы, авторефераты, диссертации),

Для будущих философов, психологов, юристов,

Для правоведов, сварщиков, экономистов,

Для всех, кто к знаниям стремится,

Учебный добрый сайт ну очень пригодится.