Диссертация. Французские лексические единицы, образованные на основе имени собственного

Глава I

ИмЯ собственное в системе современного Языка

1.1. Концепции имени собственного в отечественном и зарубежном языкознании

Имена собственные - неотъемлемая часть лексической системы языка, которая имеет ряд специфических свойств, свои законы развития и функционирования и требует особых методов исследования. В ИС аккумулируется жизненный опыт носителей языка и сведения о многих экстралингвистических национальных и интернациональных реалиях.

Наука об ИС называется ономастикой. Этим термином также обозначаются сами ИС, совокупность которых образует ономастикон того или иного языка. То, что ономастические проблемы выделяются из круга общелингвистических, объясняется особым положением в языке ИС, которые демонстрируют специфические свойства, принципиально не присущие ИН.

ИС - слова, и потому они прежде всего принадлежат лингвистике. Однако существует целый ряд наук, считающих ономастику своей вспомогательной дисциплиной (см. В.Ташицкий, 1961). Так, например, ономастика тесно связана с логикой. Логики первыми заинтересовались проблемами ИС, определили их как отдельный класс, обосновав причины этого выделения. Лингвисты обращаются к логике с целью понять общие и наиболее абстрактные характеристики, свойственные ИС (связь слова и понятия, индивидность, единственность ИС) (Н.Д.Арутюнова, 1976). Логики обращаются к лингвистике, классифицируя вещи и понятия (Е.К.Войшвило, 1967).

Ономастика очень тесно связана с географией и астрономией. Исследуя и описывая землю, космические объекты, их ландшафты, географы и астрономы пользуются системами координат и ИС (см., например, М.Г.Бергер, Э.А.Варжаньян, 1996; Н.Б.Вассовевич, 1976; Л.В.Громов, С.А.Данильянц, 1982; Э.М.Мурзаев, 1982; С.А.Огурцов, 1975 и мн. др.).

Ономастика также взаимодействует с археологией, историей, генеалогией, нумизматикой, которым она помогает в расшифровке, датировке, идентификации культур, в разгадке неясностей текстов и т.д. (Р.А.Агеева, 1990; А.В.Суперанская, 1977, 1981 и др.).

И, конечно же, ономастика имеет тесную связь с социологией, так как язык - явление общественное. ИС в большей степени, чем ИН, реагируют на различные общественные изменения, в них всегда отражается культура и социальная жизнь общества (М.Кнаппова, 1981; Т.Б.Крючкова, 1989; В.А.Никонов, 1967, 1970, 1974; Ю.А.Рылов, 1997 и др.).

В художественной литературе ИС служат средством создания местного колорита. Под эти термином подразумевается как колорит эпохи, так и национальный колорит страны. В литературоведении большое внимание уделяется ИС в творчестве различных писателей, так как в художественном произведении имя участвует в формировании хронотопа (А.Б.Аникина, 1987; Р.А.Будагов, 1989; В.В.Виноградов, 1967, 1981; Н.Д.Голев, 1991; Л.А.Климкова, 1991; Ф.П.Филин, 1981 и др.).

ИС проникли во все сферы человеческой деятельности. «Состав имен и их социальная и идеологическая нагрузка во многом определяются социальными, историческими, экономическими и другими факторами, которые, вмешиваясь в чисто языковые процессы ономастики, могут ускорять или затормаживать их» [244; 44].

Существует огромное количество точек зрения на ИС, его роль в языке, его значимость в системе языка и его связи с другими составляющими этой системы языка. Резюмируя эти концепции, можно выделить следующие наиболее распространенные, но подчас противоречащие друг другу теории:

I. Целый ряд ученых полагают, что ИС в отличие от ИН вообще не имеют никакого значения. К ним относится, например, Дж.Милль. Согласно его теории, ИС, лишенные имплицитного смысла, обозначают, но не коннотируют. По выражению Дж.Милля, ИС подобны меловой отметке на доме: они имеют цель, но лишены значения. Их цель состоит всего лишь в указании на денотат. Логически ИС незначимы до тех пор, пока нет единичного объекта, который они замещают в сообщении. «Употребляя имя собственное, - писал Дж.Милль, - мы позволяем слушателю идентифицировать индивидуума и связать его с той информацией, которой он располагал ранее» [244; 56].

Ученые, придерживающиеся противоположной точки зрения, считают, что ИС имеют больший объем значения, чем ИН (стоики, римский грамматик 4в. Диомед, Г.Суит, О.Есперсен, М.Бреаль). По мнению Г.Суита, ИС имеют больший объем значения, чем ИН, потому что они специализированы (например, имя «Платон» подразумевает все характеристики, персональные атрибуты, действия, чувства, мысли и т.д., все, что отличает Платона от других людей) [244; 74].

М.Бреаль солидарен с Г.Суитом и, не соглашаясь с Дж.Миллем, утверждает, что отличие ИС от ИН заключается в «степени». Этим он хочет сказать, что ИС - знаки вторичные, то есть это знаки второй степени. Однако, если не принимать во внимание этимологию, то, по мнению этого французского лингвиста, в ИС нет ничего от общеупотребительных существительных, а их отличие от ИН носит интеллектуальный характер. В классификации имен по числу заключенных в них смыслов М.Бреаль ставит ИС во главе ряда имен, считая, что они наиболее сигнификативны, поскольку наиболее индивидуализированны [244; 71].

II. Особая точка зрения на ИС представлена концепциями стоиков Дионисия Фракийского, Аполлония Дискола, римских грамматиков Диомеда, Доната, Консентия, грамматиков Пор-Рояля. Стоики считали имена данными «от природы» и находили их истинными, индивидуальными, единственными. Класс ИС был установлен ими как совершенно самостоятельный.

Противоположного взгляда придерживался К.Тогебю, который утверждал, что все ИС синонимичны, и сближал их с местоимениями, считая, что и те и другие имеют нулевой корень, у них отсутствует семантическое содержание, они всего лишь представляют индивидов, чья идентичность может меняться в связи с различными обстоятельствами [244; 81].

III. Теория произвольности ИС изложена в трудах бельгийского лингвиста Э.Бойсенса. Он и его единомышленники придерживаются мнения, что ИС относится лишь к одному или к нескольким представителям какой-либо категории объектов, и в каждом случае оно закрепляется особым актом номинации, а это значит, что оно мотивировано [244; 76].

П.Кристоферсен сравнивал ИС с «пустыми рамками», которые можно заполнить. Единственное назначение ИС - быть символом, идентифицировать отдельный индивид. Когда ИС переходит в разряд нарицательных, оно теряет способность называть лишь одного индивида и становится нарицательным для индивидов, обладающих одинаковыми свойствами [244; 78].

IV. И, наконец, еще одно принципиальное расхождение во взглядах ученых касается объема значения ИС и ИН. Согласно концепциям одних лингвистов, семантическое содержание ИС выходит за рамки того нарицательного имени, которое оно заменяет (Е.Курилович; 1955, 1962). Согласно же других теорий, ИС - лингвистический знак, обладающий таким же объемом семантики, как и ИН (Х.Серенсен).

По мнению Е.Куриловича, значение ИС шире, чем значение апеллятива. Он утверждает, что ИС может обозначать лишь отдельный предмет. Именно это индивидуальное ограничение в употреблении и определяет основу отношений между ИС и ИН. ИН - основания, а ИС базируются на них [244; 84].

Х.С.Серенсен предполагает, что ИС несут такой же объем информации, как и ИН. Он считает, что в лингвистическом плане ИС отличается от ИН только своей вторичностью и особой системной организацией (H.S.Sшrensen, 1958, 1963). Он выводит определенную формулу, согласно которой «имя собственное - это тот самый субъект, который делал то-то, в такое-то время, в таком-то месте», и которая, по мнению А.В.Суперанской, скорее подходит для идентификации личности, чем для определения статуса ИС [244; 86].

Как видно из сказанного выше, лингвисты далеко не единодушны в своих представлениях об ИС. Расхождение во взглядах на этот класс имен можно, в определенной мере, объяснить сложностью вопроса о том, кто или что обозначается с помощью ИС, то есть, иными словами, вопроса об избирательности номинации. Так, по мнению Л.В.Щербы, значение категории, под которую подводятся ИС, - «предметность», не тождественна понятию «субстанциональность». В результате этого ИС могут обозначать лишь те реалии, которые можно воспринять предметно. Так, например, вещества не могут иметь собственных имен вследствие того, что это субстанции неограниченного количества. Абстрактность качеств, действий и обстоятельств также не позволяет им быть обозначенными ИС. Названия в виде ИС могут получить только сущности, представляющие закрытый ряд и не обозначающие абстрактных качеств, действий, обстоятельств.

Отличие ИС от ИН Л.В.Щерба видит в объеме и характере заключенной в них информации, а также в специфике их лексических парадигм. У ИС более тесная, непосредственная связь с денотатом, в то время как такая связь ИН осуществляется через понятие. Как правило, ИС не всегда имеют образованные от них глаголы и наречия, а сопряженные с ними прилагательные отличаются от остальных прилагательных специфическим способом образования и значением [244; 102].

Подводя итог, можно сказать, что в разделе 1.1 резюмируются и аргументируются существующие в современном языкознании наиболее распространенные общие концепции «называющих» лексем.

На следующем этапе исследования (раздел 1.2) мы предполагаем сопоставить различные точки зрения лингвистов уже на конкретные сущностые свойства ИС, которые отличают их от ИН.

1.2. Отечественные и зарубежные лингвисты о семантике и функциях мени собственного в системе языка

Имена собственные и нарицательные как единицы словарного фонда языка различаются и/или совпадают по целому ряду признаков: по составу значения, по понятийной и предметной отнесенности, по выполняемой функции и т.д. Суждения языковедов относительно этих характеристик во многом расходятся, и зачастую такие расхождения весьма существенны.

Одним из наиболее важных и наиболее спорных является вопрос о значении ИС (см. Ю.Д.Апресян, 1971, 1974; В.Г.Варина, 1976; В.В.Виноградов, 1953; Б.И.Востоков, 1969; В.Г.Гак, 1976; И.И.Ковалик, 1969; У.Лабов, 1983; В.И.Мальцев, 1969; И.С.Попов, 1956 и др.). Существует несколько различных точек зрения на определение семантики ИС. В связи с тем, что некоторые ученые считают ИС вообще неспособными отражать понятие, тогда как семантика в принципе понятийна, ими выдвигается мнение о том, что говорить о семантике ИС неправомерно (Дж.Милль, А.Нурен).

Другие лингвисты «семантику имен собственных переносят на те образы, которые складываются в нашем сознании как определенные денотаты имен (Илья Муромец - богатырь, сильный, справедливый)» [244; 255].

Лексическое значение вообще и значение ИС - два совершенно разных понятия. Термин «значение» может приравниваться в полном объеме к термину «семантика». Некоторые лингвисты под «значением слова» понимают то, что оно значимо. Так, Дж.Милль и его последователи утверждают, что значение слова заключается в его связи с понятием и в наличии у него коннотаций.

А.А.Реформатский понимает под значением «отношение слова к обозначаемому им предмету или явлению, то есть отношение факта языка к внеязыковому факту (вещь, явление, понятие)» [204; 147].

Различные лингвисты по-разному интерпретируют и структуру семантики слова. Так, В.Н.Комиссаров предлагает различать следующие компоненты лексического значения:

1) информация, которая идентифицирует денотат (в чистом виде представлена у ИС);

2) информация, которая указывает на отдельные признаки денотата;

3) информация, указывающая на принадлежность денотата к определенной общей категории, выделяемой нашим сознанием в окружающем мире;

4) стилистический компонент - указание на то или иное преимущественное употребление знака в определенной ситуации общения;

5) информация об эмоциях, которые данный знак репрезентирует;

6) указание на возможность употребления данного знака для обозначения иных денотатов;

7) информация о наличии в содержании слова образных или других ассоциативных связей;

8) информация о смысловом содержании морфем, из которых состоит слово;

9) информация, указывающая на возможность использования данного знака с другими знаками языкового кода при составлении высказывания;

10) информация, указывающая на противопоставленное содержание данного знака значению другого [123].

Классификации компонентов значения слова мы находим как в работах отечественных (Б.И.Косовский, 1975; А.А.Леонтьев, 1968; О.Н.Селиверстова, 1976; М.В.Никитин, 1983 и др.), так и зарубежных лингвистов (Ч.Моррис, Г.Фреге [244] и др.)

Некоторые исследователи считают, что основу значения слова составляют его понятийная и предметная отнесенность. Например, А.А.Уфимцева предлагает выделять в значении слова такие компоненты, как:

а) типизированное представление о классе предметов, которое закрепляется за знаком и может быть приравнено к объему понятия;

б) понятие с его отличительными признаками (сигнификат);

в) номинативная референтная отнесенность (указание на конкретный единичный предмет) [256; 42-43].

Точка зрения на выделение среди компонентов значения понятийной и предметной отнесенности имеет как сторонников, так и противников (см. И.А.Стернин, 1979, 1982, 1985). Так, например, И.А.Стернин считает, что разграничение этих компонентов неправомерно, потому что «в данном случае не различаются два принципиально важных фактора: системное значение и актуальная отнесенность реализованного слова. Помимо понятия нет какой-либо отдельной формы отнесения знака к предмету, предметная отнесенность предполагается самим понятием» [234; 37]. Он предлагает выделять следующие основные компоненты в лексическом содержании знака:

1) денотативный (предметно-логический) компонент;

2) коннотативный компонент (отношение говорящего к предмету речи);

3) селективный компонент (правила употребления знака в языке);

4) эмпирический компонент (обобщенное представление о референциях знака).

«Эмпирический и денотативный компоненты значения отражают действительность непосредственно, в чувственной и рациональной форме соответственно. Коннотативный компонент также отражает действительность, но уже в несколько субъективизированной форме - он содержит отражение отношения, оценки субъектом тех или иных объектов или явлений. Коннотация отражает объективно сложившиеся в обществе

характеристики, оценки, отношения между субъектами и т.д.» [234; 39].

Н.Н.Амосова утверждает, что «изолированное слово обнаруживает понятийную отнесенность как основу своего лексического значения». Однако, как только это слово становится достоянием речи, оно сразу же приобретает еще одну черту своего лексического значения, которым оно не обладало, находясь в положении изолированного слова, а именно - соотнесенность с определенным предметом. В связи с тем, что слово живет подлинной жизнью только в условиях его употребления, можно сказать, что лишь сочетание понятийной и предметной отнесенности является основой лексического значения слова. Взяв за основу лексического значения слова понятийную и предметную отнесенность, Н.Н.Амосова добавляет в качестве компонента лексического значения модальность, которая, по ее мнению, проявляется в разнообразных экспрессивных окрасках слова. Среди этих окрасок она различает:

1) констатирующую (говорящий только называет предмет мысли, не придавая ему никакого характеризующего семантического оттенка);

2) эмоциональную (отношение говорящего к понятию или предмету, называемому данным словом);

3) стилистическую (выражение в слове отношения говорящего к речевой ситуации, в которой осуществляется данный речевой акт) [8; 156].

Как отмечалось выше, под значением вообще и значением ИС, в частности, понимаются разные вещи. Перечисленные характеристики относятся к ИН. Что же касается ИС, то, например, А.Гардинер считает, что «собственное имя - слово и как таковое подходит под определение двусторонности слова, имеющего звучание и значение» [244; 262]. Что касается Г.Суита, то он под значением ИС подразумевал характер обозначаемого, а именно: являются ли они именами лиц, географическими названиями и т.д. плюс специальные значения каждого ИС (например, определенное имя включает все характеристики человека, носящего это имя) [244; 263].

«Под значением имени собственного надо понимать то, что мы знаем о предмете», считает К.А.Аллендорф [7; 129].

Г.О.Винокур писал, что «значение собственного имени с логической стороны исчерпывается тем, что оно есть лишь средство для узнавания единичных предметов, вещей и лиц» [70; 8].

По мнению В.И.Болотова, применительно к ИС необходимо употреблять термин не «значение», а «энциклопедическое значение», под которым он понимает «сумму конкретной информации о денотате имени». Энциклопедическое значение ИС возникает в речи и различается от одного социального поля к другому, и тем самым оно индивидуально для каждого говорящего, так как эмоциональная окраска является его постоянным компонентом. Энциклопедическое значение ИС многомерно и существует одновременно в нескольких социальных полях, тогда как ИН имеет предельное количество значений [38; 333].

М.Н.Ермаченко утверждает, что значение ИС в языке выступает в обобщенном виде, в то время как в речи оно конкретизируется в плане выявления своей особой семантики. Причину этого автор видит в воздействии экстралингвистических факторов, и в частности, в нашем предварительном знании/незнании называемого объекта [104].

Сравнивая лексические значения ИС и ИН, М.Н.Ермаченко указывает на их некоторые различия. В лексическом значении (термин «значение» автор предлагает заменить термином «семантика») она выделяет два аспекта: денотативный (экстралингвистическая соотнесенность слова с определенным классом денотатов) и сигнификативный (информация о предметах и явлениях с точки зрения присущих им свойств, качеств и т.д., заключенная в слове и выражаемая им). М.Н.Ермаченко приходит к выводу, что «положение имени собственного в системе языка обусловлено денотативным аспектом его значения» [104; 35]. Что же касается сигнификативного аспекта, то он выступает на первый план в речевом акте. «Потенциально существующая в языке сигнификативная специфика нейтрализуется в языке. В речи такой нейтрализации нет, там сигнификативная специфика играет решающую роль, она основана на соотнесенности с индивидуальным единичным, конкретным денотатом» [104; 36].

Все вышерассмотренные концепции не только не проясняют вопрос о семантике ИС, но даже показывают, что эта проблема значения нуждается в дальнейшей разработке. И несмотря на внимание, уделяемое этому явлению в современной лингвистике, единой точки зрения на него пока что не выработано.

Вопрос о лексическом значении ИС тесно связан с вопросом о его функционировании в языке и речи (М.Н.Кожина, 1987; О.Б.Сиротинина, 1974; Л.В.Щерба, 1974).


   
 
  • Опубликовано: 17 мая 2012 /
  • Просмотров: 20499
  •  (голосов: 1)
Обратите внимание на похожий учебный материал
  • Автореферат. Развитие антропонимикона английского языка (морфонологический и социокультурный аспекты)
  • Диссертация. Текстообразующая функция литературных имен собственных
  • Диссертация (Часть 1 из 2). Развитие антропонимикона английского языка (морфонологический и социокультурный аспекты)
  • Диссертация. Функционально-семантическое поле количественности в современном английском языке в сопоставлении с русским языком (Часть 2 из 3)
  • Диссертация. Функционально-семантическое поле количественности в современном английском языке в сопоставлении с русским языком (Часть 1 из 3)
  • Автореферат. Неофициальные именования лица в современном немецком языке
  • Диссертация. Особенности функционирования антропонимов в английской и американской прессе
  • Диссертация. Функционально-прагматическая направленность и лингвистический статус товарных знаков
  • Диссертация (Часть 2 из 2). Развитие антропонимикона английского языка (морфонологический и социокультурный аспекты)
  • Выбор работ
    Реклама
    О нашем учебном сайте

    Для всех студентов и даже нерадивых,

    Для умных аспирантов и девушек красивых,

    Для тех, кто изучает языки,

    Для всех, кому нужны курсовики

    (дипломы, авторефераты, диссертации),

    Для будущих философов, психологов, юристов,

    Для правоведов, сварщиков, экономистов,

    Для всех, кто к знаниям стремится,

    Учебный добрый сайт ну очень пригодится.